20 и 21 июня в Удомле прошел городской фестиваль русской культуры «Марьинская балалайка». В этом году он совпал с празднованием Дня Удомельского городского округа и собрал 10 тыс. гостей. Главной площадкой стал парк Венецианова — кстати, если посмотреть на него сверху, очертания дорожек удивительно напоминают балалайку. Для фестиваля место получилось почти символическим.
В селе Молдино Удомельского района жил музыкант-виртуоз Василий Андреев. Здесь он впервые услышал балалайку, научился на ней играть и позже усовершенствовал инструмент, превратив его в концертный. Он же собрал Великорусский оркестр, ставший известным во всем мире.
Именно эта история и стала основой для фестиваля. Впервые его провели три года назад в Молдино. Но добираться туда было непросто, поэтому уже на следующий год фестиваль переехал в Удомлю. И, кажется, получил здесь постоянную прописку.
В этом году «Марьинская балалайка» заметно изменилась. Если раньше это был прежде всего концерт, то теперь организаторы попытались собрать из множества отдельных событий цельную историю про Удомлю, ее традиции и людей.
Идея такого перезапуска появилась еще в прошлом году. Команда креативного агентства Sample вместе с АНО «Энергия развития» исследовала несколько атомных городов, пытаясь понять, как креативная экономика влияет на жизнь территории: может ли она делать города привлекательнее, помогать местному бизнесу и даже влиять на уровень счастья жителей.
Для пилотного проекта выбрали Удомлю. С одной стороны, город находится недалеко от Москвы и Санкт-Петербурга. С другой — здесь уже существовал фестиваль с собственной историей и узнаваемым символом. Как говорит руководитель креативного агентства Sample и программный директор фестиваля «Марьинская балалайка» Мария Горохова, странно «приходить со своим самоваром в чужой город», когда хорошая основа уже есть.
За несколько месяцев команда обновила концепцию, придумала единый визуальный стиль, собрала сайт, познакомилась с местными предпринимателями и ремесленниками. Так появились Ремесленная слобода, Двор премудростей, Трапезная и другие пространства с собственным характером.
«Самое привлекательное и самое сложное — это всегда коммуникация с людьми. Они живые, и у них все время что-то меняется: настроение, пожелания, возможности, — рассказывает Мария Горохова. — Но успех фестиваля зависит именно от людей! Посмотреть даже на детали. В прошлом году на ярмарке каждый мастер приходил со своей палаткой: синей, желтой, какой угодно. В этом году все стоят в одинаковых белых палатках. Появилось ощущение общности, и фестиваль преобразился».
Новая концепция коснулась не только оформления. Организаторы старались сделать так, чтобы на фестивале можно было провести целый день.
«Обычно построят сцену, проведут концерт — и все. А здесь можно провести весь день. Ты и поел, и попил, и послушал, и поплясал. Устал — пошел полежал в гамаке», — добавляет Мария Горохова.
В поисках яств и купцов по «Марьинской балалайке»
Начать знакомство с фестивалем проще и приятнее всего было с лежания в гамаках, но «Луч» начал с Трапезной. Здесь разливали ледяной иван-чай с мятой, лимоном и облепихой, угощали студнем и квасом.
— Вы сами иван-чай собираете? — спрашиваю продавца.
— Очень много сегодня слышу этот вопрос, — смеется он. — Нет, хотя очень хотелось бы. Процесс сложный. А сам кипрей везде растет, и в окрестностях Удомли тоже. Это же сорняк. Чай из него делают потому, что он хорошо ферментируется и очень полезный. Давление нормализует, нервишки успокаивает. И не важно, когда пить: утром тонизирует, вечером успокаивает.
Обычно рассказы о пользе напитка вызывают желание вежливо кивнуть и пройти дальше. Но в этот раз продавец оказался прав: ледяной иван-чай действительно спасал от жары лучше многих модных лимонадов. На вкус — что-то среднее между холодным травяным чаем и очень взрослым лимонадом. Мята освежает, облепиха добавляет кислинку.
Рядом «Калининская АЭС-Сервис» кормит всех пончиками с клубничной глазурью. Среди смачных чавканий слышен разговор.
— Эти домики потом разберут?
— Нет, зачем? Они останутся городу.
— Красивые получились.
— Так их местный мастер сделал.
Речь о деревянных прилавках, за которыми разместились продавцы кваса, чая и других яств. Организаторы подтверждают, что будки останутся в городе и смогут использоваться на других мероприятиях. Их сделал местный мастер на своей пилораме всего за две недели. Если бы приехали сторонние организаторы, они привезли бы конструкции из Москвы или Твери. А здесь появилось что-то свое. Это уже материальный актив для города, так что фестиваль оставляет после себя вполне осязаемое наследство.
Из Трапезной перемещаемся к ярмарочным рядам. Здесь продают натуральную косметику, деревянные и вязаные игрушки, керамику. На одной из кружек надпись: «Удомельское крошево».
Оказывается, крошево — местная гастрономическая знаменитость. Так называют черные щи из нижних зеленых капустных листьев. Их мелко рубят вместе с морковью, а потом варят суп. Настолько местное блюдо, что коренного жителя здесь могут в шутку назвать удомельским крошевом.
На соседнем прилавке продают пасту Weiss. На упаковке — балалайка. Говорят, выпустили партию специально к фестивалю. Производство работает прямо в Удомле с 2005 года.
Такие детали и создают ощущение, что фестиваль буквально собран из местных историй. Именно на это и рассчитывали организаторы.
«Фестиваль “Марьинская балалайка” — это наш вклад в развитие культурного кода Удомли в рамках программы “Люди и города”. Сохраняя аутентичные традиции и открывая новые имена, фестиваль становится драйвером социокультурных изменений. Он укрепляет локальную идентичность, привлекает внимание к городу и закрепляет за ним репутацию территории с богатым творческим потенциалом, а также способствует развитию малого и среднего предпринимательства и влияет на рост локальной экономики», — говорит генеральный директор АНО «Энергия развития» Ольга Шкабардня.
Поели. Теперь развлеките нас!
Примерно с такой мыслью гости стекались к главной сцене. Кто-то по пути заходил на Двор премудростей, чтобы послушать лекцию или сыграть в квиз. Другие забегали на мастер-классы: лепили из глины, вышивали… Одним словом, вспоминали, чем люди занимались до появления соцсетей и маркетплейсов.
«Я первый раз в Удомле. Но сама по себе любитель маленьких камерных историй, мне в мегаполисе сложно жить. А здесь так тепло и уютно. И фестиваль очень крутой получился в плане культурного вайба. Классные зоны, к которым можно прикоснуться, — фотозоны, беседки, где делают татуировки. Культурный код красной нитью прошелся от главной сцены до самых дальних уголков парка», — делится Ксения Данилова, девушка приехала на фестиваль из Москвы.
Мы не ошиблись — татуировки. За переводными татушками выстраивались очереди. На руках, плечах и щиколотках постепенно появлялись балалайки, птицы, цветочные орнаменты и узоры, будто сошедшие со страниц старых русских сказок.
А ближе к вечеру все дороги все равно вели к главной сцене — Площади кутежа. Туда же пришли любители кваса, мастера с ярмарки и те, кто весь день провел в тени деревьев. Под песни Тоси Чайкиной парк постепенно превратился в один большой зрительный зал под открытым небом.
И в этот момент стало понятно: «Марьинская балалайка» уже не только про балалайку. Она про город, который учится рассказывать свои истории. Про людей, которые умеют превращать местные традиции не в музейный экспонат, а в живую часть сегодняшнего дня. И про тот редкий случай, когда культурный код — не строчка в презентации, а что-то вполне осязаемое. Почти как переводная татуировка на запястье, которую через несколько дней можно смыть, но впечатления от фестиваля останутся намного дольше.
